Комментарий: На саммите ЕС сделаны маленькие шаги в правильном направлении
Лидеры Евросоюза, как и ожидалось, приняли на саммите в Брюсселе фискальный пакт, призванный обеспечить в будущем строгую бюджетную дисциплину. Но на многие острейшие вопросы они так и не ответили, считает Бернд Ригерт.
Все произошло именно так, как и предсказывала канцлер Германии Ангела Меркель (Angela Merkel), которую в Европе все чаще называют теперь "Железной леди". Она предупреждала, что на очередном экстренном саммите Европейского Союза 30 января в Брюсселе будут сделаны маленькие шаги в деле преодоления нынешнего долгового кризиса и восстановления доверия финансовых рынков. Так оно и случилось. Подвижки небольшие, но они есть.
Фискальный пакт - мера долгосрочная
А вот чего не было, так это того сигнала, которого ждут финансовые рынки и которого требуют Международный валютный фонд (МВФ) и Всемирный банк. Сигнала о том, что страны Евросоюза, прежде всего Германия, готовы выделить дополнительные деньги на борьбу с угрозой дефолтов. Ангела Меркель неоднократно, в том числе и на только что завершившемся Всемирном экономическом форуме в Давосе, заявляла, что такого решения не будет, и она осталась верной себе.
Bildunterschrift: GroЯansicht des Bildes mit der Bildunterschrift: Бернд Ригерт Взамен финансовым рынкам был подан из Брюсселя другой сигнал: "Посмотрите, мы заключаем более строгий фискальный союз и обещаем впредь уже не нарушать правил бюджетной дисциплины!" Произведет ли это сильное впечатление на финансовые рынки? Вряд ли. Ведь фискальный пакт, одно название которого вызывает какие-то неприятные чувства, даст эффект лишь в долгосрочной перспективе. Пройдут многие годы, прежде чем предстоящее теперь внесение в законы или даже конституции стран ЕС статьи об ограничении бюджетного дефицита обеспечит здоровые государственные финансы. К тому же многие детали по-прежнему остаются неясными.
Явный изъян
Однако изначальный дефект пакта состоит совсем в другом. Из 27 стран ЕС два государства в нем вообще не участвуют - Великобритания и, что достаточно неожиданно, Чехия. Тем не менее, тот факт, что целых 25 стран к пакту присоединились - это само по себе уже явный успех. Заключенное соглашение, действительно, может превратить Европу в более дисциплинированного должника. Если, конечно, предусмотренные пактом штрафные санкции будут на самом деле последовательно применяться. Большинство соответствующих процедур в правовых документах ЕС давно уже прописаны.
Для ЕС цена вопроса состоит в том, что теперь все станет еще более сложным. Наряду с 17 странами еврозоны и 27 членами Евросоюза теперь будут действовать еще и 25 подписантов фискального пакта. Кто и за что будет отвечать, чьи процедуры будут иметь приоритет, кто, с кем и когда будет проводить какие саммиты? Съехавшиеся в Брюссель главы государств и правительств на все эти вопросы не ответили. Зато они обещали заняться целым рядом назревших и нерешенных проблем на своем следующем саммите в марте. Но есть опасение, что инвесторы с других континентов, не являющиеся тонкими знатоками правовых норм ЕС, просто не смогут разобраться в филигранных юридических конструкциях нового пакта.
Ошибка Ангелы Меркель
Серьезной ошибкой Ангелы Меркель является то, что она не допустила на саммите дальнейших дискуссий о мерах, которые необходимо принимать для стабилизации еврозоны прямо сейчас. В Брюсселе не было речи ни о Греции, ни о расширении нового европейского стабфонда. Обсуждение этих проблем тоже отложено на более поздний срок. Правда, принято окончательное решение о создании Европейского стабилизационного механизма (ESM). За этим искусственным словообразованием кроется европейский вариант валютного фонда. Однако уже сейчас ясно, что предоставленных в его распоряжение 500 миллионов евро явно не хватит для того, чтобы предотвратить разрастание долгового кризиса.
В общем, блуждание политических лидеров по лабиринту финансового кризиса продолжается. При этом то и дело терпят крах меры, которые еще совсем недавно считались весьма многообещающими. Кто сегодня вспоминает, скажем, о попытках расширить финансовые возможности ныне действующего стабфонда EFSF? Предложенные модели не вызвали доверия у инвесторов. А привлечение частных инвесторов к санации проблемных стран-должников? Ангела Меркель активно продвигала эту идею, считая ее в высшей степени удачной. Инвесторы же ответили тем, что резко ограничили покупки практически любых гособлигаций из еврозоны.
Ключевая роль - за ЕЦБ, а не за политиками
В результате их пришлось заверять в том, что привлечение частных кредиторов к списанию долгов Греции так и останется единичной досадной промашкой. А где те 200 миллиардов евро, которые Европа собиралась одолжить Международному валютному фонду? Европейцы намеревались перевести эти деньги на счета МВФ еще к Рождеству 2011 года? И что же? Они до сих пор не могут их наскрести.
В общем, Ангела Меркель остается верной себе. То, что она называет маленькими шагами в правильном направлении, на самом деле больше напоминает попытки просто удержаться наплаву. Но до каких пор это может продолжаться? До тех пор, пока Европейский центральный банк (ЕЦБ) соглашается браться за не совсем свойственные ему задачи. Ведь это он обеспечил в конце прошлого года функционирование системы, предоставив европейским банкам 500 миллиардов евро дешевых кредитов. Так что ключевую роль в настоящее время играет именно ЕЦБ, а никакой не фискальный пакт и уж те более не господа политики. И это называется политическим лидерством?
Автор: Бернд Ригерт
Редактор: Владимир Дорохов
Новости партнёров